Контакт с мамой в младенчестве. Случай из практики расстановок Елены Белинской

Работая с запросами мы можем прийти к одинаковому корню, формирующему разные проблемы. Так и случилось на недавней группе, где мы работали с абсолютно разными запросами. Мария хотела сепарироваться от мамы, а 33 летняя красивая и успешная в бизнесе Ульяна построить отношения с мужчиной. В обоих случаях источником проблемы явился дефицит контакта с мамой в младенчестве, в том числе во втором полугодии жизни, когда наиважнейшей потребностью ребёнка становится потребность в таком контакте. В обоих случаях на диагностическом этапе мы проследили нарушение контакта в виде отчуждения. В случае Марии это казалось парадоксальным, ведь ее запрос был связан с сепарацией от мамы. При этом она указала, что не видела маму более 3 лет из за проживания в разных, теперь уже недружественных странах. Также добавила, что общаться открыто у них не получается, в частности, значимой информацией и переживаниями они не делятся. Однако никакого парадокса здесь нет. Отсутствие контакта не является признаком сепарации, а наоборот, чтобы сепарироваться нужно прежде выстроить контакт. Это также как с эго. Чтобы от него освободиться нужно вначале его обрести. В случае же Ульяны мы увидели уход от контакта, как с потенциальным партнёром, так и с мамой, а также тенденцию “отлетать”. Потенциальный партнер при этом видел девушку как будто заключённой в мыльный пузырь, что создавало гипотезу о её идентификации к другим человеком. Далее мы прояснили, что сама Ульяна бессознательно наложила на потенциального партнера маму, а с мамой контакт остался в зоне нерешённой задачи. Таким образом, у неё была тенденция на любого партнера-мужчину проецировать свою маму. В обоих случаях, и у Марии, и у Ульяны неспособность мам к контакту была обусловлена родовыми проблемами, в частности отношениями с их матерями, бабушками клиенток, а также смертями детей. Обе бабушки потеряли детей. Бабушка Марии потеряла двойнят, когда им было по месяцу, позже родилась мама Марии. У бабушки Ульяны 3летний ребёнок случайно погиб, затем родилась её мама. Обе бабушки столкнулись с непереносимой болью, с которой справлялись по разному, но ни одна из них не справилась так, чтобы быть в состоянии дать контакт и любовь будущим детям, а те, в свою очередь своим. В случае Марии мы отдавали с уважением чувства бабушке, которая сама достаточно рано ушла вслед за первенцами. После этого, а также других интервенций, отношения между Марией и мамой стали тёплыми, появился контакт. При этом у мамы обнаружилась боль в теле и её стало будто примагничивать к ушедшим в мир иной. После того, как мы вернули бабушке её проекцию, а именно её жизнь, которую она спроецировала на маму Марии, всё стало на свои места. Боль в шее и движение в мир мёртвых прекратились. В случае Ульяны, мы прежде всего работали с гореванием. Дело в том, что она прибегла к защитным механизмам по типу расщепления и отрицания. Одна её часть так и осталась в горевании на стадии отрицания, а другая вовсе отрицала горе и потерю. После проработки между Ульяной и мамой также поменялись чувства, появился контакт. Когда в поле поставили потенциального партнёра он видел Ульяну по другому, в том числе без защитного пузыря. Теперь она могла на него смотреть. Да и он себя ощущал в результате работы совсем другим человеком. (имена изменены) Елена Белинская